Видео-рассказы

Духовные истории и свидетельства, которые вдохновляют и поучают

История одной семьи.

После смерти матери, а вскоре и отца восьми осиротевшим мальчикам и трем девочкам социальные работники объяснили, что теперь им, скорее всего, придется жить порознь в интернатах и приютах. Вряд ли найдется супружеская пара, которая захотела бы взять на воспитание сразу одиннадцать ребятишек. Дети горько плакали, обнимались и… прощались навсегда. Они дали клятву, что когда вырастут, то обязательно найдут друг друга. К счастью, сироты пожили отдельно совсем недолго. Тамара и Игорь Медведевы из Ровно, родители двух сыновей, собрали братьев и сестер вместе и подарили счастье жить одной семьей. Уже год Медведевы-Андросюк — это одно большое любящее семейство. А началась эта история с… мистических событий. — Несколько лет назад мы с подругой поехали в лес по ягоды, — рассказывает 41-летняя Тамара Медведева. — И она вдруг рассказала о многодетной семье, где из-за тяжелой болезни умерла мама. Одиннадцать ребятишек в возрасте от полугода до 14 лет остались на попечении отца. Старшие дети топили печь, варили еду, стирали, ухаживали за младшими братьями и сестрами, пока отец до поздней ночи пытался заработать лишнюю копейку. Подруга хорошо знала ту семью, потому что часто ездила к своей маме в село в Здолбуновский район Ровенской области, где проживали сироты. Я была потрясена услышанным. Дома долго не могла уснуть, думала, как ребятишки пытаются выжить и насколько им тяжело. Рассказала об этом своему супругу. Игорь тяжело вздохнул и ответил, что нам нужно молиться, чтобы дети смогли перенести утрату и справиться с постигшими их проблемами. Время шло, мы как-то подзабыли об этой истории и жили своими заботами. А спустя два года я случайно встретила в городе подругу, и та меня огорошила: «Помнишь, я рассказывала тебе о детках, у которых умерла мама? Так вот, теперь у них нет и отца, он тоже ушел из жизни. Сирот раскидали по разным интернатам и приютам. Что теперь с ними будет?» Сказать, что я была в шоке — это не сказать ничего. Шла домой и буквально заливалась слезами. Скажу честно, мы с мужем никогда не планировали становиться приемными родителями. Когда моя родная сестра, мать троих родных детей Орыся Примак, девять лет назад решилась на подобный шаг, то я даже осуждала ее. Отговаривала брать на себя такую ответственность — воспитывать приемышей. К счастью, сестра не послушалась меня, и сегодня в ее счастливом доме растут двадцать детей различных национальностей («ФАКТЫ» рассказывали об этой семье. — Авт.). Но история с одиннадцатью сиротами потрясла меня до глубины души. Я думала, что ждет ребятишек, кто их приютит?! Призналась сестре, что хочу последовать ее примеру и тоже взять на воспитание ребенка. А вечером о своем решении поведала мужу. Супруг Тамары Игорь сразу предупредил, что если кто-то из сыновей будет против того, чтобы их семья неожиданно увеличилась, то от этой идеи придется отказаться. — Вечером, когда вся семья была в сборе, мы сообщили детям, что хотим взять приемную доченьку или сыночка, — продолжает женщина. — Пытались объяснить нашим детям, как тяжело жить сиротам в интернате. И сыновья с нами согласились. Утром я отправилась в соцслужбу и заявила о своем решении. Работники приняли мое заявление и велели ждать. А спустя две недели после этого мне позвонили и попросили прийти на собеседование. Начальник службы спросила, не передумали ли мы брать сирот. Я ответила, что моя семья с нетерпением ожидает пополнения, мы с мужем готовы в любой момент поехать за детьми. Тогда она задала вопрос: почему я не интересуюсь, сколько именно ребятишек предстоит взять. У нас, говорю, большая квартира в Ровно, мы с сиротками в ней поместимся. И тут начальник службы объяснила, что нужно взять… одиннадцать братьев и сестер. Я подумала, что ослышалась, и попросила еще раз назвать количество детей. Выяснилось, что речь идет о тех самых детях, о которых я впервые услышала несколько лет назад от своей подруги. К этому моменту сироты были разбросаны по разным интернатам, младшие находились в Доме ребенка. Работники соцслужбы сказали, что помогут их собрать, если мы с мужем согласимся взять всех в приемную семью. Разве не мистика? Мы еще не знали детей, но уже столько слышали о них! Я подумала, что это судьба. Перед тем как сообщить сыновьям наше с мужем решение взять на воспитание сразу одиннадцать сирот, мы рассказали их печальную историю. Младший Костя расплакался от услышанного, а старший Виталий по-взрослому заявил, что можем на него рассчитывать. И мы с мужем и сестрой Орысей отправились на так называемые смотрины. Когда всех братьев и сестер собрали в реабилитационном центре и объявили, что отныне они снова будут жить вместе, дети заплакали от счастья. Однако потом задались вопросом: кто станет для них папой и мамой, хорошие ли это люди? Детям было боязно, они с опаской нас разглядывали. — А вам не страшновато было брать сразу одиннадцать сирот? — Если скажу, что было не страшно, вы все равно не поверите, — улыбается женщина. — Конечно, и я, и Игорь беспокоились, что дети не примут нас. Как позже они сами признались, им запомнились мои длинные волосы и… испуганные глаза. Орысю, которую мы с мужем взяли на смотрины, дети восприняли как новую маму, потому что она постоянно о чем-то их расспрашивала, была более смелой. Это и понятно, ведь у сестры огромный опыт! Много с детьми говорил супруг и наши сыновья. Через несколько часов чувство неловкости полностью исчезло. В конце встречи директор реабилитационного центра, куда поместили на время братиков и сестричек, поинтересовался, согласны ли они перейти в семью приемных родителей Тамары и Игоря Медведевых. Все хором ответили «да». А во время прощания дети уже спрашивали: «Когда вы нас заберете?» Мы объяснили, что нужно привести в порядок дом, в котором будем жить все вместе. Через десять дней мы забрали детей к себе. — В этот период вы поддерживали с ними связь? — интересуюсь у женщины. — Более того, мы ежедневно вместе готовили наш общий дом! — восклицает Тамара Николаевна. — Дело в том, что жилье нам предоставили в том же селе, где находится реабилитационный центр. Как только дети из окон замечали нашу машину, то сразу спешили к нам. Они старались изо всех сил: выносили мусор, мыли окна и полы, убирали во дворе. Ремонт нас сдружил, мы уже не могли дождаться момента, чтобы больше не расставаться. — Взяв одиннадцать детей из одной семьи, супруги Медведевы установили своеобразный рекорд Украины, — говорит начальник службы по делам детей Ровенской райгосадминистрации Наталия Андриюк. Дружная семья обитает в просторном доме в селе Александрия Ровенского района: трехлетний Володя, пятилетний Денис, восьмилетний Миша, десятилетняя Валерия, 11-летние Олеся и Костя, 12-летняя Катя, 13-летний Коля, 14-летний Влад, 15-летний Павлик, 16-летние близнецы Артем и Антон, 18-летний Виталий, мама Тамара и папа Игорь. Они счастливы, что их свела судьба. *Самому младшему ребенку в семье Тамары и Игоря Медведевых всего три годика, а самому старшему — восемнадцать (фото из семейного альбома) — Общая площадь дома, в котором мы живем, 320 квадратных метров, — рассказывает многодетная мама. — Это десять комнат, кухня, ванная. У нас три телевизора, один из которых дети забрали из своего дома, а еще два мы привезли из ровенской квартиры. Есть два компьютера, у всех детей мобильные телефоны с подключенным Интернетом. Правда, у старших дорогие мобилки, а у младших — более дешевые. — Обычно государственные выплаты на приемных деток поступают не сразу. За счет чего поначалу выживали? — Пришлось взять кредит в банке, — признается Тамара Николаевна. — Кроме того, одолжили денег у наших знакомых и родственников. За эти средства и сделали ремонт в доме. Моя сестра Орыся на первых порах помогала с едой, поделилась детской одеждой, обувью и постельным бельем. Ведь всего нужно очень много! Помню, когда осенью готовились в школу, тетради брали пачками. Я купила для всех школьников 100 ручек. Думала, хватит хотя бы до зимы. Но они закончились буквально за… один месяц. Недавно исполнился год, как наша семья из пятнадцати человек живет дружно и весело. По этому поводу мы устроили праздник. За семейным столом вспоминали первую встречу, рассказывали впечатления друг о друге, много смеялись. За это время обзавелись собственным «зоопарком». У нас живут собака лабрадор, британская кошка, попугай и аквариумные рыбки. — С какими трудностями вы столкнулись? — Очень непривычно было готовить много еды, — признается Тамара Николаевна. — Купила 12-литровую кастрюлю для борща. Но вскоре выяснилось, что она… слишком маленькая для нашей семьи. Ведь в доме одиннадцать мужчин, больших и маленьких, и только четыре представительницы прекрасного пола. Мужчины любят много и вкусно поесть. Поэтому первое время не угадывала, сколько именно нужно сварить, чтобы всем хватило. Покупаем шесть буханок хлеба в день. За один присест съедаем ведро картошки и сорок котлет, на них уходит не менее трех килограммов фарша. Готовим все вместе: несколько человек чистят картошку, один — морковь, второй — свеклу, третий шинкует капусту. При этом никто не делит «мальчишечью» работу и «девичью» — у нас все равны. Мальчишки пол моют, а девочки в это время посуду. Второй трудный момент был, когда дети приглядывались к нам, а мы к ним. Где-то мы их побаивались, где-то они нас. Им, думаю, было легче, потому что их значительно больше (смеется). К счастью, время «притирок» прошло быстро. У нас еще очень маленький опыт приемной семьи. За год по разу праздновали дни рождения. Каждого именинника старались порадовать. Мне дети подарили огромного плюшевого медведя. Оказывается, они экономили карманные деньги, которые папа каждое утро всем выдает перед школой. Был и еще один непростой момент. Мы с Игорем боялись сообщить нашим родным о своем решении взять приемных детей. Особенно я опасалась реакции свекрови. Но мудрая женщина выслушала нас и коротко сказала: «Чем смогу, помогу». — Дети называют вас мамой и папой? — Младшие практически сразу стали называть, а старшие немного погодя. Однажды я случайно увидела, что в мобильных телефонах мы записаны как мама и папа. То есть старшие еще не говорили, но уже считали нас своими родителями. — Сложились ли уже в семье свои традиции? — За ужином мы, как правило, решаем все «глобальные» проблемы. Один плохую оценку в школе получил, другой кого-то обозвал или что-то разбил, а кому-то нужно срочно купить обновку. Конечно, старшие хотят дорогие мобильные телефоны или сверхмодные куртки. Для того чтобы дети знали, сколько стоят продукты и одежда, мы берем их с собой на рынки и в магазины. Помню, в первое время они были в шоке от цен. В интернате ведь воспитанники получают все готовое. Зато сегодня они отлично ориентируются, где можно лучше и дешевле купить, и даже нам дают советы. Дети, кроме школы, посещают тренажерный зал, кружок танцев (причем мальчишки тоже ходят с удовольствием), секции восточного единоборства и кикбоксинга. Кто желает еще куда-то записаться или, наоборот, хочет сменить свое увлечение, также обсуждается за ужином. — У вас в семье больше мальчиков. Интересно, как они относятся к маме? — Поначалу даже боялись сесть рядом на диване. Например, если Костя, мой родной сын, уткнется в мою ногу и так смотрит кино, то Павлик случайно прикоснулся — и сразу же отодвинулся. А сейчас они могут сидеть и на голове! Мальчишки любят обсесть меня со всех сторон, и я каждого из них поглажу по голове и похвалю. Они действительно у меня очень хорошие, добрые, трудолюбивые. Старшие сыночки по секрету показывают фото своих подружек, спрашивают мое мнение. Мне кажется, что мы жили все вместе с первых дней. Дети признались, что я им напоминаю родную маму, которую они очень любили. А когда я увидела фотографию их покойной матери, то поразилась, как мы внешне похожи. Мы поддерживаем в порядке сельский дом, где раньше жили дети. Нужно его обязательно сохранить. Может быть, кто-то из них позже приведет туда свою семью. Все вместе ездим на кладбище, ухаживаем за могилами родителей. Обязательно отправимся туда и в нынешние пасхальные дни.

1 просмотров • 7 месяцев назад

Как-то радостно и тепло

Бог делал меня долго.

Я красила стену в гараже, а моя 3-летняя дочь рисовала мелками на бетонном полу. Как вдруг она произнесла: “Я так рада, что Бог сделал тебя моей мамочкой”. Я не была готова к подобному и переспросила: “Что?” На этот раз у нее получилась еще более неуклюжая фраза: “Я рада, что ты моя мамочка от Бога”. Мои глаза наполнились слезами. Потом моя малютка начала молиться: “Господи, спасибо тебе за то, что ты дал мне мою любимую мамочку. И спасибо тебе (эту фразу я не разобрала). Спасибо тебе за то, что она всегда готовит мне завтраки, и что мы будем сегодня делать тыквенные бисквитики. Я надеюсь, они у нас получатся”. Потом она открыла глаза и продолжила рисовать. “Кто научил тебя всему этому?”, – начала расспрашивать я, пытаясь перебороть комок, ставший в горле. Ей всего три годика, и я понятия не имела, что в ее маленьком сердечке уместилось столько благодарности. Обычно наша дочь никогда не хотела молиться вслух, даже когда мы поощряли ее сладостями. Поразительно, что ее крохотное сердечко может вмещать в себе больше любви, чем я могла себе представить, а ее мысли охватывают такие понятия, как Бог, любовь и благодарность… Спасибо, Анна, – сказала я, улыбнувшись. — Я очень-очень рада, что Господь послал мне такую доченьку”. Я бы обняла ее, если мои руки не были в краске, и между нами не было бы такого большого расстояния. Я уже подумала, что это конец разговора, но дочь задала еще один вопрос… “Тебе пришлось долго ждать меня, мамочка?”, – спросила Анна. Я уже рассказывала ей эту историю миллион раз, но она хотела услышать ее снова. Я подошла к ней немножко поближе: “Да, дорогая моя. Я просила Бога о ребеночке снова и снова, но он долго не давал его мне. А потом, когда мы с папой узнали, что ты у меня в животике, мы были несказанно счастливы!” “Ты знаешь, почему Бог так долго не давал тебе ребеночка?” – спросила малышка. “Нет, милая, я не знаю”, – растерянно ответила я. “А я знаю, почему”, – сказала дочь. “Потому что он делал меня”. Я посмотрела в ее глубокие голубые глаза, которые казались сейчас просто неземными; ее кудрявые светлые волосы пропускали сквозь себя солнечные лучи. В тот момент мне показалось, что ей тысяча лет. “Он делал меня” – этого ответа мне было вполне достаточно. Ну конечно! В этом было столько смысла! Глядя на нее в тот момент, я поняла, что этот ребенок очень долго спал у Бога на груди, будто небеса не хотели отпускать ее. Я пишу это для всех, кто уже очень долго молиться о появлении детишек. Я пишу это для тех, кто уже потерял надежду когда-нибудь завести ребеночка. Пожалуйста, не отчаивайтесь, не сердитесь на Бога. Он слышит ваши молитвы. Просто пока что он создает вашего ребеночка. Я честно не знаю, появятся ли у вас дети при родах или при усыновлении. Никому не дано понять, как там на небесах все устроено, но, может быть, Бог так долго не дает вам малыша, потому что он творит настоящее произведение искусства. И однажды, совсем скоро, ваш малыш скажет вам: “Бог просто делал меня очень долго”. И это будет вашим счастьем. Просто дождитесь его. Автор: "Счастливая мама"

1 просмотров • 7 месяцев назад

Как-то радостно и тепло

внутренняя сила дети дочь животные истории из жизни мама молитва простая радость сын христианская любовь

Живые в помощи.

Есть удивительная молитва, Псалом 90 – «Живый в помощи Вышнего», эта молитва обладает Могущественной Силой, когда человеку угрожает смертельная опасность, если он прочитает эту молитву, то Господь — спасёт его от любой беды. Расскажу две истории об этой молитве, о том, как она спасает людей, в своё время эти истории сильно укрепили меня в вере в Бога. История первая. В 1990 году общался я как-то со своим товарищем офицером афганцем, был месяц август. Случайно нагнувшись он выронил из нагрудного кармана небольшую иконку, опередив его я поднял её и посмотрел, на ней был образ Господа Иисуса Христа и вот эта молитва «Живый в помощи Вышняго». Я удивился и спросил его неужели он верующий, на что он ответил утвердительно и рассказал мне следующую историю. Когда он пошел в армию, то мать провожая его, подарила ему эту иконку с молитвой и сказала, что если будет трудно, то пусть прочитает эту молитву трижды. Служил он долго, стал офицером и был направлен в Афганистан, командовать разведротой. В основном уходили в тыл к «душманам», делали засады на караваны с оружием и как-то раз сами попали в засаду. С первых же секунд нападения «душманы» больше половины его солдат положили, остальные успели рассредоточиться и залегли. Их окружили со всех сторон, начался жестокий бой, боеприпасы стали заканчиваться, ребят оставалось в живых всё меньше и меньше. И тогда он ясно понял, что живыми они отсюда не уйдут, их всех ждала неминуемая смерть. В самый критический момент мой товарищ вдруг вспомнил про просьбу своей матери, про то, что у него в нагрудном кармане есть иконка и молитва. Достав иконку, он стал читать эту молитву «Живый в помощи Вышняго», а дальше произошло — Чудо. Вдруг стало ТИХО - тихо, только пули беззвучно пролетали над головой, а его как бы накрыло — невидимым ПОКРЫВАЛОМ и он почувствовал себя в полной Безопасности, и понял, что с ним ничего — не случится. Подозвав к себе уцелевших солдат, он вместе с ними пошел на прорыв из окружения, и они пробились, все кто был с ним в этой атаке остались живыми. После этого случая он стал перед каждым походом в тыл врага читать эту молитву, и так до воевал до конца службы и вернулся домой. Эта история произвела на меня большое впечатление, в то время я ещё был некрещеный, но после этого твёрдо решил креститься и через месяц я принял Крещение. История вторая. В 1992 году летом в июле я помогал строить дачу своим родственникам. Нас было трое, дед Семен, которому было за семьдесят, его товарищ такого же возраста и я, ну естественно мне как самому молодому выпала вся тяжелая физическая работа. В процессе работы к нам подошел еще дед Никита, ему было больше восьмидесяти лет, он как бывший хороший плотник помогал нам советом. Поработав, сели обедать. За обедом старики стали вспоминать давно прошедшую Великую Отечественную войну, я сидел рядом и слушал, и тут я услышал историю как дед Никита в Бога поверил, а надо сказать, что он был глубоко верующим. Когда дед Никита, тогда еще молодой уходил на фронт в 1941 году, то его мать дала ему две молитвы, написанные листке бумаге: «Живый в помощи Вышняго» и «Да воскреснет Бог и расточатся враги Его», и сказала, чтобы он их постоянно читал. Но дед Никита тогда был большой атеист, молитвы, конечно, он взял, но не читал. Так и провоевал до 1943 года. А в 1943 году наши войска перешли в наступление и форсировали реку Днепр, вместе со всеми переплыл на тот берег и он. Его батальон, численностью 800 человек захватил плацдарм и был приказ удерживать занятую территорию до подхода основных сил. Вот тут-то всё и началось. Немцы, опомнившись, начали их атаковать, практически безпрерывно, в короткие минуты между атаками они обстреливали их из орудий и бомбили с воздуха. Так длилось целую неделю. Когда немцы начали усиленно бомбить и обстреливать из орудий и миномётов занятый плацдарм, дед Никита, видя, сколько вокруг него гибнет его товарищей понял, что может также как и они погибнуть здесь, а был молодой, умирать не хотелось. Вот тогда-то, под сильной бомбёжкой, он и вспомнил про наказ матери, достал молитвы, которые она ему дала и стал их читать. Прочитав молитву, как он потом рассказал, что он вдруг почувствовал, как его словно накрыло — Плотным Колпаком, и стало спокойно на душе, так прошел весь день. Теперь дед Никита уже без напоминания прочитывал свои молитвы с утра пораньше, до начала боя, читал во время боя и вечером. Когда, наконец, к ним пришла подмога, то из 800 человек солдат и офицеров целого батальона их осталось в живых всего — четверо, причем трое были ранены и только один дед был без единой царапины. Вот так дед Никита и поверил крепко в Бога. Он дошел до Берлина и штурмовал Берлин, и всю войну читал свои молитвы, которые ему дала мать, и вернулся домой живой и невредимый. Когда я слушал эту историю, то я вспомнил, что мне рассказал про молитву «Живый в помощи Вышняго» мой товарищ, который воевал в Афганистане и тоже остался живым и невредимым. Сравнив обе эти истории, я понял, что это за удивительная молитва Псалом 90 – «Живый в помощи Вышняго», и какую она имеет ВЕЛИКУЮ Силу — спасать и ЗАЩИЩАТЬ людей в любой самой страшной беде! Расскажу ещё про один случай с этой молитвой. Рассказал сам человек, с которым случилась эта история. Добавлю, что этот рассказ был напечатан в нескольких книгах. Когда началась война этого человека забрали в армию и наскоро обучив отправили на передовую. В первые месяцы 1941 года немцы быстро наступали, окружали и уничтожали много русских частей. Также произошло и с его частью она была окружена и разбита. Вместе со своим товарищем ему пришлось выходить из окружения, шли всегда ночью, а днем отсыпались. И вот вечером зашли они в одну деревню, в которой не было немцев и решили заночевать. Ночью, пока он с товарищем спал в одной хате, село окружили немцы. Из окна было видно, как колонна танков прошла по улице, потом проехали мотоциклисты, после всех появились автоматчики с собаками. Бежать было поздно, да и куда бежать, всё село окружено. Немцы заходили в каждую хату. Тех, кто выскакивал на улицу сразу же убивали, если кто стрелял из окна, то сжигали хату вместе со всеми кто там был. Да и что сделаешь с винтовкой против автомата. Тех, кто выходил с поднятыми руками, выводили и увозили в грузовиках. Он, вместе с товарищем попытался спрятаться в хате под кроватью и лежал с краю, а товарищ спрятался за его спиной у стенки. Понимая, что может погибнуть он стал вспоминать молитвы и молиться, но все молитвы, которым его учила мать от страха забыл и ничего не помнил кроме начала: «Живый в помощи Вышняго… Живый в помощи Вышняго», — только и повторял про себя он. Когда немцы вошли в хату и стали делать обыск, он продолжал повторять про себя эту молитву«Живый в помощи Вышняго…». Что же немцы? Зашли, начали всё обыскивать и заглянули под кровать, и вытащили того, кто лежал ближе к стенке у него за спиной, а его оставили, как будто это был мешок или пустое место — совсем не заметили. Товарища вывели во двор и расстреляли. Потом, прочесав село, немцы уехали. Он же лежал до ночи без конца повторяя: «Живый в помощи Вышняго…» и ночью ушел из этой деревни в лес. Потом, в первой же деревне, где была Церковь, достал нательный крест и одел его на себя и долго стоял в Храме, благодаря Бога за свое спасение от верной смерти. У верующих людей достал Псалтирь и переписал весь Псалом 90 «Живый в помощи Вышняго». Потом выучил его наизусть. Всю войну прошел, каждый день читая эту молитву, и живым вернулся домой. Псалом 90. (Молитва Защиты, если есть большая опасность то эту молитву читают утром и вечером — по три раза, пока есть опасность и благодарить Бога за Его помощь.) Живый в помощи Вышняго, в крове Бога Небесного водворится. Речет Господеви: Заступник мой еси и Прибежище мое, Бог мой и уповаю на Него. Яко Той избавит тя от сети ловчи и от словеса мятежна, плещма Своими осенит тя, и под криле Его надеешися, оружием обыдет тя истина Его. Не убоишися от страха нощного, от стрелы летящия во дни, от вещи во тьме преходящия, от сряща и беса полуденного. Падет от страны твоея тысяща, и тьма одесную тебе, к тебе же не приближится, обаче очима твоима смотриши и воздаяние грешников узриши. Яко Ты, Господи, упование мое, Вышняго положил еси прибежище твое. Не приидет к тебе зло, и рана не приближится к телеси твоему, яко Ангелом Своим заповесть о тебе, сохранити тя во всех путях твоих. На руках возьмут тя, да не когда преткнеши о камень ногу твою, на аспида и василиска наступиши, и попереши льва и змия. Яко на Мя упова, и избавлю, и покрыю и, яко позна имя Мое. Воззовет ко Мне – и услышу его: с ним есмь в скорби, изму его и прославлю его, долготою дней исполню его и явлю ему спасение Мое. ( Эту молитву нужно читать, и когда кто-то заболел 3 – 12 раз.) Один офицер во время войны носил за пазухой напротив сердца маленькую икону Святителя Николая, которую он завернул в листок бумаги, на котором был написан псалом 90 – молитва Живый в помощи Вышнего. В одном из боев пуля попала в грудь офицера, пробила одежду, дошла до бумажки, но ни иконы, ни бумажки с молитвой она не повредила — не смогла пробить! Девяностый псалом имеет великую силу, эта молитва - мощное ограждение от любого зла, и от недобрых людей и от бесов. Блаж. Феодорит пишет: "Сей псалом учит, что сила упования на Бога есть необорима: ибо блаженный Давид, прозря издали духовными очами, что имело быть при блаженном Езекии и, увидев, как он в надежде на Бога истребил войско Ассириан, написал сей псалом в наставление людям о том, сколько благ доставляет упование на Бога". "Как сильное оружие на демонов, 90-й псалом испытан многими поколениями христиан", - свидетельствует иеромонах Иов (Гумеров).

1 просмотров • 7 месяцев назад

О Великой Отечественной Войне

внутренняя сила ВОВ дедушка доброе слово животные за пределами логики испытания истории из жизни мама молитва моя половинка семья сострадание чудеса

Ветеран.

Все боеприпасы закончились. Василий до последнего патрона пытался сдерживать натиск противника. От батальона, похоже, никого не осталось. Рядом уже никто не стрелял. В середине боя пытались вызвать подкрепление, но все тщетно. Он сидел в окопе и наблюдал за приближающимся к нему немецким танком. От неминуемой смерти его отделяли всего несколько десятков секунд и эти секунды для него стали самыми длинными в его жизни. Странное чувство… когда ты понимаешь, что сейчас умрешь. Пока он вел бой, об этом не задумывался, да и некогда было. А сейчас, когда патроны и гранаты закончились, он понял, что бессилен. Со штык-ножом против танка не пойдешь. И все равно он не сдавался. «Что делать?... что делать?... что делать?» - лихорадочно пронизывала его сознание одна и та же мысль. Он не мог так просто сдаться. Не может быть, чтобы не было никакого выхода. И как-то сразу внезапно он осознал, что ждать помощи больше неоткуда. Никто ему больше не поможет. Сталин?..., за которого он с криком «Урааааа, за Сталина!» вылезал из окопов и бежал в бой? Нет… он сейчас далеко…сидит в своем теплом кабинете… в Москве… Василий вдруг вспомнил, как его мама в детстве водила в церковь на причастие. В голове сверкнули лучики утреннего солнышка, пробивающиеся сквозь пыльные оконца небольшого храма. Они бликовали до боли в глазах, отражаясь в чаше со святыми дарами в руках батюшки. Он, в шортиках на лямках и больших, старых, стоптанных ботинках, подходил со скрещенными на груди ручками и громко произносил: «Вася», после чего, под его подбородком возникал красный плат и священник на лжице преподавал ему святое причастие. Затем он, так же, со сложенными ручками подходил к столику с запивкой и, смакуя и причмокивая, выпивал сладенькую водичку, заедая вкуснейшей, ароматно-пахнущей просфорой. Вспомнил так же, как стал потом пионером, комсомольцем, коммунистом, как стал отрицать веру и отрекаться от Бога… как бедная матушка плакала, когда он начал кощунствовать и смеяться над ее верой в Бога. Только сейчас осознал, насколько ей было от этого больно, но она продолжала по ночам, когда никто не видел, молиться за него. Все это в одно мгновение пронеслось в его голове, когда над ним появилось дуло танка и он услышал лязг гусениц. И вдруг, неожиданно для него самого, из глубины души вырвался грудной крик: - Господи помоги… Василий сжался в окопе, закрыв голову руками. В этот момент сверху раздался взрыв, оглушив его и обдав землей. Он пришел в себя. В ушах звенело. Некоторое время он сидел под тяжестью земельных комьев и ждал. Чего? Знать бы……. наверно, когда танк раздавит его своими гусеницами. А может он уже умер? Осторожно опустив руки, он поднял голову… Вместо неба над ним нависли гусеницы подбитого, горящего немецкого танка… А через некоторое время, как в немом кино, перепрыгивая через его окоп, побежала наша подоспевшая на подмогу пехота. АВТОР: игумен Алипий Животиков

1 просмотров • 7 месяцев назад

О Великой Отечественной Войне

животные истории из жизни мама молитва семья

Спасение от голодной смерти.

"Наш отряд получил приказ занять высоту для создания плацдарма. Нам пришлось окапываться в каменистом грунте. Едва мы заняли позицию, как начал падать густой снег. Снег шел безостановочно два дня и две ночи, и вскоре некоторые сугробы стали достигать двухметровой высоты. Мы оказались без связи со штабом и без продовольствия. У каждого из нас продуктов оставалось ровно на один день. Одолеваемые голодом и холодом, мы совершенно не подумали о "дне грядущем" и съели все провианты за один раз. После этого для нас начались настоящие мучения. Жажду мы утоляли снегом, но голод мучил нас нещадно. Прошло пять дней. Мы превратились в скелеты. Хоть мы и были бодры духом, но природа имеет свои границы. Тогда-то нас и спасло чудо! Наш сержант, вынув из-за пазухи бумажную иконку Пресвятой Богородицы, поднял ее вверх и призвал нас собраться вокруг него: - Теперь нас может спасти только чудо! Станьте на колени и просите Пресвятую Владычицу о спасении! Все пали на колени, подняли ввысь руки и начали горячо молиться Приснодеве Марии. Не успели мы подняться с колен, как до наших ушей донесся звон колокольчика. Мы схватились за оружие и заняли наблюдательную позицию. Не прошло и минуты, как к нам подошел большой, тяжело навьюченный мул. Все окаменели! Животное без хозяина переходит гору, которая покрыта в лучшем случае метровым слоем снега, - все это было совершенно невероятно. И тут нас осенило: его нам привела Пресвятая Богородица. Все мы как один горячо возблагодарили нашу Спасительницу. Животное было нагружено большим количеством продовольствия: солдатским хлебом, сыром, консервами и многим другим. На войне я прошел через множество различных бедствий и невзгод, но этого случая мне никогда не забыть". "Явления и чудеса Пресвятой Богородицы"

1 просмотров • 7 месяцев назад

О Великой Отечественной Войне

ВОВ животные за пределами логики истории из жизни молитва семья чудеса

Матерные слова в Бою.

Когда с фронта вернулся, начал работать продавцом в селе Гришкино Томской области. А мне так хотелось поступить в семинарию или уйти в монастырь. Но меня не отпускали с работы. Шел 1948 год, когда произошел случай, который я до сих пор без волнения вспоминать не могу. Было 7 часов вечера, рабочий день уже закончился. Вдруг приходит ко мне в магазин человек. Я его не знал, да и до сих пор не знаю, кто это был, - с виду обыкновенный, лет 55, лицо очень доброе. Сразу я к нему расположился, ведь лицо - это зеркало души. Запер незнакомец дверь на крючок и говорит мне: - Встань, Валентин, на колени - лицом на восток, перекрестись трижды. Слушай - я тебе расскажу прошедшую и будущую жизнь, про твоих друзей, что с тобой было - всё как есть расскажу. Слушай внимательно. Говорил он медленно, внятно - будто хотел, чтобы я каждое его слово понял и запомнил. И рассказал, где, что и как со мной произошло, описал все места, где я побывал. Назвал моих родных и всех друзей - с кем я жил и воевал, про ранения, про операции, про будущую мою болезнь. Посмотрел я на него чуть недоверчиво и думаю: «Не может он все это знать! Откуда ему известно, что я в блокаде был?» А когда тот человек сказал, что у меня осколок сидит в пояснице, тогда я поверил, что он, действительно, правду говорит. Я даже заплакал от ужаса - ведь здесь, в Сибири, никто не знал про осколок, никто! Думаю, ну, где я был, ему может быть известно - вдруг он разведчик какой. Какие и за что у меня награды - это тоже нетрудно узнать, кагэбэшники хорошо работают. Но про осколок, который засел между третьим и вторым позвонком, я даже папочке с мамочкой не говорил - расстраивать не хотел, думал: перетерплю. А потом этот человек спрашивает меня: - Помнишь, вы договорились вшестером, чтобы никакого хульного слова никогда не произносить и друг друга ничем не обижать? - А как же... Помню! - только и сказал я (кто же, кроме моих друзей-солдат, мог знать об этом?!). У меня прямо слезы потекли от ужаса, что он все знает. Человек не может знать таких секретов - я никогда никому не рассказывал об этом. Да и зачем оно, кому это надо? - Вы пламенно молились, просили Господа оставить вас в живых. И вот ты жив. И твои друзья все живы. А видел, как трупы вокруг вас лежали? Так что если бы вы матерились, хульные слова говорили - точно так же лежали бы и ваши косточки... ВОТ ЧТО ЗНАЧИТ "МАТЕРОК" - А ВОТ ЧТО ЗНАЧИТ МОЛИТВА. Скажи всем, чтобы никогда не матерились, а молились во время скорби. И Господь оставит в живых. Молитва сохраняет жизнь на войне, матерщина - забирает , потому что ты матерщиной оскорбляешь Саму Богородицу, Свою родную Мать и Мать землю. Из воспоминаний священника Валентина Бирюкова

1 просмотров • 7 месяцев назад

О Великой Отечественной Войне

алкоголь ВОВ доброе слово животные истории из жизни мама молитва

💝 Помогите шестерёнкам проекта крутиться!

Ваша финансовая поддержка — масло для технической части (серверы, хостинг, домены).
Без смазки даже самый лучший механизм заклинит 🔧

Поддержать проект

Сашка крикнул: "Христос Воскрес!"

20 лет назад всю страну облетели слова Саши Погребова из Беслана, которые он крикнул чеченскому бандиту в лицо: "Христос Воскрес!" и первым выпрыгнул в окно осаждённой боевиками школы. Он вывел почти сотню ребятишек.Потрясению взрослых людей не было предела, когда среди взрывов и выстрелов той страшной бойни, из разбитого окна выскочил окровавленный мальчишка, а за ним вдруг повалили девочки в разодранных окровавленных, грязных платьях, малыши в трусиках, все в крови, своей и чужой, в пыли и пороховой гари. Там, откуда бежали дети, рвалось и ухало, свистели пули. Боевики не ожидали такого поступка от запуганных насмерть детей, которые, до сих пор, беспрекословно, все сидели по углам, сбившись в хаотичные кучки , трясясь от страха. И вдруг, рванули, как по команде, за одним пацаном! На счастье, в переулке дежурила "Скорая", на которую бежавшие дети налетели. Сашку подхватили на руки, он стал первым пациентом у врачей в этом кошмарном дне. Дети бежали один за другим, мужчины бросались к своим автомобилям - везти детей в больницы. А Сашка лежал лицом вниз на носилках и еле слышно, дрожавшим голосом, рассказывал врачам, время от времени переводя дыхание и глотая слёзы, что с ним произошло: - Боевики над нами издевались....били нас...пинали берцами. Воды не было, и мы все пили мочу. Мы все раздетые сидели, они разрывали на нас одежду, даже на девочках, и один террорист увидел у меня крестик на шее. ... Он начал тыкать стволом автомата в мою грудь и потребовал: "Молись перед смертью своему Богу, неверный!". И сорвал крестик с шеи. Мне было очень страшно! Я не хотел умирать! Я не знал как молиться! Про Бога я знал только два слова. И я закричал: "Христос Воскрес!" И бросился в открытое окно...не знаю как это получилось. Позже, мама одной из спасшихся девочек говорила репортёрам, что её дочь в числе сотни других побежала за этим смелым мальчиком, сама не знает, почему....какая то Сила подняла с пола и толкала к окну. Услышала этот истошный крик:"Христос Воскрес!" и побежала...... Многие остались там...а она побежала.... Диана изрезала все свои ступни битым стеклом, как все бежавшие дети. Но жива! Жива! Не зря она, мама, молилась под стенами школьного здания всё время, пока дочь с другими детками была в заложниках.. Мать свято верит, что Диану спас Бог! Два слова:"Христос Воскрес!", выкрикнутые в отчаянии одним мальчиком, спасли в тот день сотню жизней. Господь умеет спасать тех, кто понадеялся на Него всем своим сердцем!..

1 просмотров • 7 месяцев назад

Врачебные истории

бандиты внутренняя сила врачебные истории дети дочь животные мама молитва моя половинка простая радость

Как святой Илья Муромец женщину спас.

По Святой Лавре шла экскурсия паломников, прибывших из разных мест. На подходе к Ближним Антониевым пещерам одна женщина пожилого возраста, попросила проводника: «Подведите меня пожалуйста к мощам Ильи Муромца». «Хорошо», - обещала гид. Группа зашла в пещеры. Женщина снова с волнением обратилась к сопровождающей: «Где мощи Ильи Муромца?» Ее успокоили: «Я вам покажу. Они в конце маршрута». Люди продвигались по пещерам, прикладывались к мощам, молились. Пенсионерка опять умоляюще обернулась к проводнику: «Вы не забыли, что мне нужно к мощам Ильи Муромца?» Гид успокоила: «Конечно, я помню». Когда группа, наконец, подошла к раке преподобного, женщина упала на колени перед мощами, начала очень сильно плакать и громко всхлипывать, не в состоянии сдержать своих чувств. Вокруг нее собралось много людей с сочувствием глядящих на распростершуюся у мощей пенсионерку. Она рыдала навзрыд и не могла остановиться. Припадала к раке с мощами и целовала ее. Увидев, что ее окружили паломники, она смутилась и сквозь рыдания проговорила: «Люди добрые, я плачу не с горя, а с радости. Я приехала поблагодарить этого великого угодника». И поведала, что с ней произошло. Эта раба Божия была больна редкой и неизлечимой болезнью – сибирской язвой, которая достигла той фазы, когда ткани тела уже начали отделяться от костей. Она днями лежала в своей комнате, не вставая с постели, очень страдала от боли и уже ожидала смерти. Однажды она задремала и увидела странное видение – полусон-полуявь. Приходит к ней богатырь в древнерусских одеждах, в шлеме и кольчуге. Болящая изумленно наблюдала за ним, поскольку никогда таких людей не видела. А богатырь тем временем берет косу, идет вокруг нее по полю и косит траву, из которой выползают змеи, убегают в разные стороны и исчезают. Богатырь, ласково посмотрев на страдалицу, говорит: «Больше ты болеть не будешь. Господь благоволил тебя исцелить. Ты наследница по крови нашего рода. Я Илья Муромец. Мои мощи лежат в Ближних пещерах Киево-Печерской Лавры». На тот момент болящая была человеком невоцерковленным и с недоумением внимала словам диковинного гостя. Она не могла знать, что молитвами святого сподобилась тонкого видения, хотя различала, что это не обычный сон. «Я слушала и не понимала, о чем он говорит, - рассказывала женщина людям, столпившимся послушать ее в пещере возле раки чудотворца. - Дальше Илья Муромец сказал мне: "В нашем роду по мужской линии до трех лет никто ногами не ходил". И я вспомнила, что действительно ни мой дед, ни мой отец до трехлетнего возраста не ходили ногами. И все в нашем роду были очень крупного телосложения». Надо сказать, что и сама паломница была весьма крупная, ширококостная, высокая, но не толстая. Сколько она помнила, их род жил в Донецкой области. Видение закончилось, и женщина открыла глаза. И сразу почувствовала, что нет той жуткой боли, от которой она столько страдала и мучилась. С радостью и волнением она прислушивалась к новым ощущениям в теле. Ей вдруг захотелось включить телевизор, который стоял у нее в комнате. Она протянула руку к пульту, нажала клавишу и потрясенная замерла. По телевизору в этот момент шла передача о Киево-Печерской Лавре и как раз рассказывали об Илье Муромце. Женщина была невозможно изумлена таким совпадением. Она все яснее ощущала, что у нее ничего не болит, начала двигать руками и ногами. «Я встала на ноги и поняла, что могу идти. И только тут осознала, что со мной произошло чудо, о котором сказал святой богатырь в видении - делилась исцеленная. - Слезы неудержимо заливали лицо, сердце выскакивало из груди. Невозможно описать мои чувства. И тогда я дала обет: как только смогу собрать нужную сумму от пенсии, обязательно приеду в Киев, приду в Киево-Печерскую Лавру и поблагодарю Илью Муромца за исцеление. И вот я приехала к этому великому святому. К былинному русскому богатырю. К своему предку». Когда женщина окончила рассказ, плакали все в пещерах. Эта чудесная история, случившаяся в наши дни, никого не оставила равнодушным. Жительница Донбасса не назвала своего имени. А все вокруг были настолько ошеломлены услышанным, что не спохватились спросить об этом исцеленную. Господь положил ей на сердце поведать случившееся во свидетельство милости Божией и заступничества Своего угодника.

1 просмотров • 7 месяцев назад

За пределами логики

внутренняя сила дедушка животные за пределами логики исцеление молитва моя половинка Папа простая радость чудеса

Проси Сына моего.

Вспоминаю случай из своего далёкого детства. Случай, перевернувший всю мою жизнь. Мы были деревенскими, и, когда начался голод, мать не стала ждать, пока все её дети погибнут, а снарядила нас, старшеньких, в город. – Идите, детки, идите, может, и прокормитесь. Что подадут, что попросите. А тут – совсем худо. – Мам, а ночевать-то где? – спросил я. – В подвалах ищите, в конюшнях, а лучше – к Храму Божьему держитесь поближе. Прощание было коротким. Старый армяк на мне, сестрёнке мать дала свой платок. И пошли. Мне в ту пору исполнилось двенадцать, а Маше – семь лет. Город ошеломил нас: крики, суета, всюду движение. Но стоило свернуть с главной улицы, и становилось тихо, как в деревне. Я не боялся, а сестрёнка пугалась, все норовила спрятаться мне в бок, пищала: «Саш, а мож, вернёмся? Мамка дома…» Мамка-то дома, да только не ждёт. С ней четверо остались. Я внимательно оглядывал подворотни. Подвалы закрыты, конюшни и подавно. Тогда я поднял голову и стал смотреть вверх. Немного погодя увидел, как заблестели верхушки куполов. Туда и потянулись. Городской храм – не чета деревенскому. Высокие ступени, белокаменный. Я заробел. Как подойти, как просить? Поодаль, ближе к воротам, стояли нищие: все больше калеки, старички и старушки. Но я не смел стать рядом, мне что-то мешало, внезапно стало душно и тяжело. Из открытых дверей поодиночке выходили люди. День был будничный, обедня, по всему, давно кончилась. Я вошёл, покружил, посмотрел на горящие свечи, полюбовался резными воротами алтаря. Тихо, спокойно. Но что же делать? – мучил вопрос. Вышел из храма. Сестрёнка ждала на ступеньках. Она хотела есть, но молчала, надеялась на меня. Мимо прошла хорошо одетая женщина. Я проводил её взглядом – и вдруг бросился к ней, горячо умоляя: «Матушка, матушка, возьмите меня в работники, я всё умею! Я – деревенский, сильный. Воду носить, дрова колоть, и за лошадьми…» Но женщина заторопилась прочь, оглядываясь на меня чуть ли не в ужасе. Однако я не огорчился, наоборот, обрадовался, потому что, как мне казалось, нашёл решение. Наниматься в работники – это привычно: мать всегда посылала нас по деревне, людям помогать. Нас и накормят, и, бывало, заплатят. Только тут меня никто не знал. Я кидался к одному, к другому – все спешили мимо, оглядываясь подозрительно, с опаской. Время шло. Сестрёнка жалась в платок. Нищие познакомились с нами, стали её учить: «Ты ручку-то протяни, протяни, не бойся». Она вытянула руку. Пальцы посинели от страха и напряжения. Глаза с мольбой смотрели на меня: «Саш!» Мне стало не по себе… Сырая осень загнала солнце за тучи, потянуло ветром. Ни еды, ни ночлега. Ей что-то подали, мелкую монету, и я тут же спрятал её глубже в карман, чтоб не потерять. К вечеру мы совсем отчаялись. Нищие разбрелись кто куда, храм закрыли. Оказавшись за оградой, я почувствовал, что надеяться не на что, взял сестру за руку и пошёл. Купить что-либо на монетку оказалось невозможно: слишком мелкая. Остановился и огляделся вокруг. Окна светились тёплым сиянием огоньков. Столько еды, тепла! Ладошка сестры окоченела от холода. Мы забились в какой-то угол между домами, где ветер не так донимал, я натаскал соломы, разбросанной по переулкам, обнял её покрепче. Зажмурился, а перед глазами – дом. Дрова ещё оставались, и мать топила, и даже когда голодно, всегда находилось место между младшими братьями и сёстрами, чтобы согреться и уснуть. Вернуться? Но её глаза… С ней четверо остались. Я самый старший, а значит, ел больше всех… Через три-четыре дня стало понятно, что нам не выжить, не прокормиться. Подавали так мало, что едва хватало на маленькую лепёшку, пару яблок. Сестра ослабла и уже не могла стоять, она сидела на ступеньках, склонив голову на плечо, и всё время молчала. Ночевали мы за храмом, в кустах, прижавшись к стене: берегли силы. …Той ночью поднялся ветер и выгнал нас из убежища. Взяв сестру на руки, я перенёс её ближе к дверям: здесь было тихо. И задремал. Внезапно дверь храма распахнулась, и из неё вышла Женщина. Я даже не понял, почему проснулся. Просто открыл глаза и увидел Её: невысокого роста, одета в глухое монашеское одеяние, на голове плат. Подойдя к нам, склонилась и глянула мне в лицо. Я похолодел. Вдруг Она открыла уста и тихо сказала: «Что ж ты не молишься? Проси Сына Моего!» Затем повернулась и скрылась внутри. Церковь открыта! – осенило меня. В один миг я очутился у двери. Та была заперта, и большой замок висел так, как сторож оставил его. Я долго дрожал, пытаясь унять страх, и жался ближе к сестре. Пока вдруг слова не ожили в моей памяти: «Что ж ты не молишься? Проси Сына Моего…» Какого Сына?! Едва я дождался утра. Церковный сторож не спеша открывал дверь, а я стоял рядом, подпрыгивая от нетерпения. Вошёл, рысцой обежал храм, заглянул в каждый угол: Женщины не было. И вот, в тот момент, когда я стоял, озадаченный, на меня с большой, во весь рост иконы глянула Богородица. Столько раз я смотрел на этот чистый Лик, но лишь сегодня увидел глаза. Это были те же глаза, и выражение то же! Долго я вглядывался. И чем больше смотрел, тем отчётливее стучало сердце: Она! Её Лик! Мой детский разум не мог понять: как, почему. Я просто смотрел и видел ту же мягкую линию губ, ту же ласку, когда Она сказала: «Проси Сына Моего!» Огляделся, поискал глазами священника. Рассказать? И смутился: да кто ж мне поверит? И тогда я повернулся к Сыну. Молиться я не умел. Когда жив был отец, он всегда серьёзно, неторопливо читал перед едой «Отче наш», и мы все негромко повторяли. Но отец умер, и в доме не молились. Я зашёл за колонну, сосредоточился. «Отче наш, Иже еси на небесех, – начал тихонько, – да святится имя Твое…» Молитва лилась легко, схваченная раз и навсегда прочной детской памятью, но что означали эти слова – я не понимал. Закончил, перевёл дух, и вдруг просто поднял голову, глянул Ему в лицо – и горячо, горячо зашептал. Я рассказал Ему всё: и про голод, и про мамку, и про то, что она не виновата, ведь нас шестеро в семье, а отца давно нет, и лошадь продали, потому что некому пахать. И про сестру, которая там, за дверью, милостыню просит, только не дают, а если и дают, то так мало… Чего только я не наговорил в тот первый раз! Он слушал меня, глядя спокойными, глубокими глазами. А я весь вспотел, несколько раз утирал набегающие слезы, но плакать не хотел, а просто говорил и говорил. И когда закончил, опустился неловко на колени и прижался лбом к холодной стене. Растревоженная душа моя болела, но в неё уже вселилось что-то новое, неизведанное ранее: покой, чувство защищённости. Я не ожидал, что сию минуту в моей жизни что-то изменится, просто не думал об этом, но успокоился, потому что попросил… Времени прошло немало. Когда вернулся к сестре, она стояла, плотно зажав конец платка в кулаке. Так я научил: подадут что – прячь в платок и держи крепко, пока мне не отдашь. Маленькая, ещё потеряет… Она раскрыла ладонь, и я глазам своим не поверил: на тёмной ткани сияла чистая серебряная монета! У меня едва ноги не подкосились. Голод, только что пережитое волнение сделали меня слабым, и я упал на ступени. Отдышался, унял дрожь. Потом резко поднялся и побежал в лавку. Лавочник подал мне белую булку и целую горсть мелкой монеты: сдачу. Сестре я купил леденец. А потом всё потекло. Люди привыкли ко мне и звали помочь по хозяйству, давали маленькие поручения. Сестрёнка просила, а я – целый день то туда, то сюда. Ощущение было такое, будто Кто-то сильный вмешался в нашу судьбу. Ничего не выдумываю, я это видел! Едва начиналось утро, и открывали храм, я входил, прятался за колонны и молился. Я не просил – умолял! Благодарил, рассказывал, сколько заработал, и что нас уже несколько раз звали ночевать добрые люди, и многое другое. Изливал свою радость – и убегал. Уже глубокой осенью знакомая барыня взяла меня в услужение, в свой дом. А Марию в приют устроила. Ей там платьишко дали, шубейку тёплую. А я и вовсе в новом ходил. Хозяйка приказала меня и одеть, и обуть. «Я когда увидела, Саша, как ты молишься, – сказала она мне много времени спустя, – то сразу поняла: такой человек ни обманывать, ни воровать не станет». Так и жил у неё. Старался, как мог, с утра до вечера то по поручениям, то по дому. Мы, деревенские, к работе привычные. Даже не уставал. А когда настала весна, отпросился у барыни на три дня и поехал домой. Нашёл на рынке мужиков из наших мест, заплатил. Погрузил на телегу мешок картошки, муки. Когда добрался, оказалось, мать похоронила двух младшеньких, сестрёнку и брата. Она долго меня обнимала, просила прощения. «Мам, ну, ты что…» – отнекивался я басом. А когда все уснули, рассказал ей про ту Женщину из храма. Она опять заплакала, потом встала на лавку, взяла из красного угла икону Божьей Матери и нежно поцеловала. Елена Черкашина

1 просмотров • 7 месяцев назад

За пределами логики

алкоголь внутренняя сила дети животные истории из жизни мама молитва моя половинка Папа простая радость семья сильная личность сын христианская любовь

Показано 19-27 из 71 рассказов (страница 3 из 8)